Пехота Российской Империи 1877-1917 (birserg_1977) wrote,
Пехота Российской Империи 1877-1917
birserg_1977

Categories:

САНИТАРНО-ГИГИЕНИЧЕСКИЙ ФАКТОР В СТРУКТУРЕ ПОВСЕДНЕВНОСТИ ОСАЖДЕННОГО ПОРТ-АРТУРА В 1904 г.

Доклад Лысева А.В. на Третьих Петербургских военно-исторических чтениях молодых ученых. 1999 г.
     Характеризуя бытовые аспекты жизни Порт-Артура, представляется уместным сказать несколько слов о санитарно-гигиеническом состоянии крепости. Жизнь и боевая деятельность её защитников протекали в нелёгких климатических условиях. Как вспоминал современник, «средняя годовая температура +4ºС; самая высокая – летом (июль) 25º С в тени. Зима сухая и почти без снега, но с ноября до марта... ветры с песчаными бурями. Летом... большая влажность воздуха, которая делает летнюю жару невыносимой. Дожди летом не часты, в июле же разражаются сильные ливни. Причём в летнее время являются бесчисленные мухи».

Траншея у Орлиного гнезда
Траншея у Орлиного гнезда.

Сам город на Ляодунском полуострове, по свидетельствам очевидцев, «за пять лет русского владения... сильно изменился... новый город строился по американскому образцу. Проводились широкие прямые улицы с мостовыми и тротуарами чисто столичного типа, с площадями, парками и бульварами, с готовой канализацией, водоснабжением и электрической проводкой». «Старый туземный городок... остался, конечно, со своими кривыми и узкими улицами, но в китайских одноэтажных домах... проделаны были окна и двери, появились крылечки русского образца, запестрели вывески магазинов, ресторанов. Даже пожарная каланча русского типа воздвигнута была». При этом старый город характеризовался "крайне неблагоприятными гигиеническими условиями", чему «способствовали привычки китайского населения... В центре города находился базар, который подвергался чистке очень редко... Протекавшая через старый город горная речка служили китайцам местом, куда они выливали подлежавшие вывозу нечистоты... отбросы спускались прямо в море, которое прибивало их обратно к берегу... Таким образом – резюмировал врач В.Б. Гюббенет – с санитарной точки зрения Порт-Артур совсем не был подготовлен к продолжительной осаде».

Доктор не был одиноким в своих наблюдениях. Командир крепостного пехотного полка полковник Селлинен в рапорте коменданту крепости от 11 июля 1902 г. отмечал: «Обходя окрестность расположения вверенного мне полка на Тигровом перешейке, я наткнулся на следующее: ...на подошве горы навалено кучами удобрение для почвы, издающее невыносимый смрад; ... почти у берега моря расположен лагерь рабочих-китайцев, ... которые, не имея отхожих мест, отправляют естественные надобности тут же и даже у места, отведённого вверенному мне полку для купания». П.Н. Лашенков в связи с этим писал: «Инфицируя воздух ... и плавая в нём, бактерии могут быть для них [наших солдат] гораздо опаснее, чем пули, летающие в свободном воздухе открытых полей сражений».

С. 15. На передовых позициях санитарно-гигиеническая ситуация многими свидетелями оценивалась как сложная. За время проживания на одних и тех же местах «люди загрязнили блиндажи, казематы... всю окружающую их почву, т.к. в прилегающих к фортам оврагах стрелки отправляли естественные надобности, эти же овраги служили местом свалки отбросов, которые, разлагаясь, заражали почву и грунтовые воды». В исследовании германского генерального штаба по этому поводу говорилось: «необходимо упомянуть, что отхожих мест было мало и это весьма вредно сказывалось на санитарном состоянии войск». Поэтому неудивительно, что «защитники окопов всегда с особенным усердием и любовью разрабатывали вопрос о наилучшем устройстве отхожих мест» и с не меньшим рвением трудились над их возведением. Они «устраивались в особых, открывающихся сзади и соединявшихся с окопами, выемках или в ближайших коленах ходов сообщения... каждое отхожее место представляло собой яму, часто прикрытую лёгким блиндажом, с соответствующим приспособлением из жердей и кольев».

Китайская стена
Китайская стена.

Ситуация с водоснабжением в Порт-Артуре с самого начала стояла не на высоте. Водопровод, имевшийся только у морского и гарнизонного собраний, к началу войны находилось не в лучшем состоянии – «водопроводные трубы не чищены уже третий год». После того, как 7-го сентября японцы захватили Водопроводный редут, гарнизон Порт-Артура стал довольствоваться водой колодцев и опреснителями морской воды». Водоопреснители не могли обеспечить гарнизон и всех жителей. Колодезная же вода, как вспоминал доктор Гюббенет, «была настолько загрязнена, что издавала запах». Это объяснялось тем, что почвенные воды, просачиваясь в колодцы, приносили с собой заразу из выгребных ям. Кроме того, в них часто находили трупы домашних животных. До войны колодезной водой пользовались лишь для стирки белья. Вследствие этого полковые врачи строго следили за тем, чтобы нижние чины не пили сырой воды и не употребляли в пищу сырых овощей; для утоления жажды в места работ посылались двуколки с бочками кипячёной воды.

В результате всех усилий военных медиков удалось добиться главного – избежать эпидемии заразных заболеваний. Перечень недугов, которыми страдали чины порт-артурского гарнизона, ограничивался болезнями, связанными с недостатком пищи и усталостью. Единичные случаи желудочно-кишечных заболеваний не приводили к эпидемиям. Бичом гарнизона стала цинга; первые заболевшие ею были зарегистрированы в июне 1904 года.

В августе 1904 года на передовой столкнулись с другой неприятной проблемой: «Всё буквально пропиталось трупным запахом. Есть первое время не могли, несмотря на обилие приправляемого чеснока». В качестве обеззараживающих мер в окопах на высоких шестах вывешивались полотнища, пропитанные карболовой кислотой. Результатом стал «отвратительный запах: смесь трупов, карболки и чесноку». Приказ начальника укреплённого района предписывал часовым затыкать ноздри паклей, смоченной в разбавленном скипидаре. При уборке трупов использовали подобие повязки из пакли, пропитанной керосином.

Отметим, что именно в русско-японскую войну для опознания убитых и тяжело раненых стали применяться личные именные жетоны. В Порт-Артуре они были введены приказом коменданта крепости за №104 от 10 октября 1904 года: «Всем без исключения нижним чинам выдать личные номера, хотя бы деревянные или картонные». На позициях солдаты также старались подписывать как можно большее количество личных вещей и предметов обмундирования – как во избежание путаницы, так и для опознания тела по отдельным его частям (в возможности такого исхода отдавал себе отчёт каждый солдат на передовой).

С. 16. Враждебно настроенная по отношению к России иностранная пресса иронизировала по поводу недостатка предметов личной гигиены у русских солдат. Участник войны вспоминал: «На карикатуре, кажется, Simplicissimus'а изображено было крайнее изумление, выразившееся на лице наших солдат, которые в покинутой вещевой сумке японского солдата нашли зубную щёточку и, ворочая ее на все лады, никак не могли понять назначение такой штуки». Разумеется, у русского читателя такое мнение о наших солдатах не могло не вызвать улыбку. Помимо зубных щёток нижние чины носили с собой специальные палочки для битья вшей – «внутренних врагов», как их называли на передовой. Но это являлось паллиативной мерой – от вшей по настоящему спасала только баня.

Русские окопы
Русские окопы.
Бани появились на некоторых позициях только в холодное время года, а летом военнослужащие мылись в ручьях и запрудах. Обычно на передовой не находилось ни места, ни времени, и помыться можно было только сменившись с передовой в городских банях. В результате солдат на позиции приобретал столь неопрятный облик, что, по мнению современников, он «и без приказов очень подходит под цвет местности, в которой живёт». Этому способствовало и то, что количество получаемого нижними чинами мыла не соответствовало их потребностям (требовалось не менее 1/4-1/3 фунта на человека в неделю, а выдавалось по 1 фунту на 10 человек в месяц). Недостающая часть покупалась солдатами на личные средства. Иногда нехватка мыла вынуждала использовать для стирки песок и глину.

Анализируя санитарно-гигиеническое положение в крепости к концу осады, Гюббенет писал, что "дух (гарнизона) был бодр, а тело немощно... Было ясно, что люди живут и действуют благодаря возбуждённой нервной системе». В санитарном отношении портрет артурца в декабре 1904 года был скорее похож на диагноз «общая бледность с землистою окраской, впалые глаза, на коже высыпь». Вполне естественно, что санитарно-гигиеническое состояние, не оптимальное и до войны, с открытием боевых действий могло только ухудшаться. В то же время этот фактор не оказал решающего влияния на оборону Порт-Артура.

Tags: Порт-Артур, Русско-японская война
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments