December 16th, 2015

От пики до мушкета

Военные реформы по западному образцу начались в России во времена Смуты

В этом году на экраны кинотеатров вышел мультфильм «Крепость. Щитом и мечом», посвященный героической обороне Смоленска от польско-литовских войск короля Сигизмунда III. Добротно сделанный, особенно в плане реконструкции облика крепости, он вряд ли оставил зрителей равнодушными. К тому же дает повод коснуться некоторых сторон отечественной военной истории XVII века, поговорить о не изжитых по сей день мифах.

Каким на уровне массового сознания видится облик допетровского Российского царства? Сонная и неторопливая, самодостаточная Русь. Старые, с окладистыми бородами, дородные бояре в длиннополых кафтанах и шубах, дремлющие на заседаниях Думы. И вот в это сонное царство с трубкой в зубах и засученными рукавами ворвался неутомимый самодержец Петр, которого часто представляют еще по довоенному одноименному фильму. Но чем раньше подобное видение нашего прошлого будет разрушено, тем лучше.



Для России тактика острожков стала настоящей находкой, позволяя свести на нет превосходство польской конницы в открытом поле

Дело в том, что рассматриваемое столетие по насыщенности важнейшими для России событиями, по внутреннему напряжению духовных и физических сил народа не уступает XVIII веку и даже превосходит его. Ведь в XVII столетии мы пережили и Смуту, и разинский бунт, и эсхатологические ожидания, к тому времени еще будоражившие все слои общества и так ярко описанные в житии протопопа Аввакума, им самим составленном, – именно они в немалой степени породили надрыв старообрядческого раскола. А как не вспомнить тяжелые войны с Речью Посполитой, Швецией, Крымским ханством и стоявшей за ним Османской империей. И всем этим передовым в военном отношении державам (за исключением Крымского ханства, конечно) Россия противостояла вполне достойно во многом благодаря военным реформам, проведенным в первой половине XVII столетия.

Насущная их необходимость обусловлена рядом факторов, важнейшие из которых – это последствия опричного террора Ивана Грозного и неудачно проведенной им Ливонской войны, что привело к ослаблению русских вооруженных сил и страны в целом.

После преодоления Смуты в правительстве Михаила Романова возникло понимание того, что новые войны не за горами. Сохранялась напряженность во взаимоотношениях с Речью Посполитой, король которой с 1632 года Владислав IV не отказался от претензий на русский престол. По-прежнему оставалась угроза южным рубежам России со стороны Крымского ханства. Непростой была обстановка в Поволжье – не минуло и ста лет после покорения Казани, а последнее восстание бывших ее поданных под руководством бека Еналея Шугурова русские войска подавили только в 1616 году.

Нелегко налаживались контакты со Швецией, при короле Густаве Адольфе быстро становившейся ведущей военной державой Европы. Напомню, что согласно Столбовскому миру 1617 года Москва уступила северному соседу земли на побережье Финского залива.

От пики до мушкета

В этой связи задачи военного строительства для правительства царя Михаила Федоровича становились первоочередными. Разумеется, при проведении реформы за основу был взят передовой западный опыт. Почему западный, почему именно со Старым Светом Москва стремилась развивать тесные отношения?

Дело в том, что ментальные установки наших соотечественников рассматриваемого периода требовали, чтобы трон занимал «природный» государь, Богом благословленный. Юридически безупречное избрание царя Земским собором в глазах народа ровным счетом ничего не значило.

Это прекрасно понимал еще Борис Годунов, предпринимавший неудачные попытки породниться со шведским королевским домом, выдав за герцога Густава свою дочь Ксению Годунову. Соответственно государь Михаил Федорович, знавший о трагической судьбе того же Годунова, всех Лжедмитриев и Василия Шуйского, хотел утвердить свое царствование в глазах народа и военно-политической элиты, породнившись с семьей одного из «настоящих» монархов.

Это желание нашло выражение в попытках царя Михаила Федоровича женить дочь Ирину на датском принце Вальдемаре. Однако приехавший в Россию и пышно здесь встреченный иноземец не захотел переходить из протестантизма в православие – в Москве было даже устроено несколько диспутов о вере, но брак все равно не состоялся. Сохранилась «Повесть о внезапной кончине государя Михаила Федоровича, случившейся по безуспешному делу супружества княжны Ирины Михайловны с Вальдемаром королевичем», рассказывающая об этих событиях и написанная неизвестным монахом. Неудача с женитьбой стала, вероятно, одной из причин смерти нестарого еще государя, о чем недвусмысленно свидетельствует название «Повести».

Приведенные примеры важны не сами по себе, а как иллюстрация ориентации Москвы на христианский Запад, что предопределило и характер военной реформы, призванной до некоторой степени европеизировать русские вооруженные силы. Происходило это почти за столетие до петровских нововведений.

Collapse )

Платонов А. В. жив! Слава богу! После таких "провод" - долго жить!

Поступило опровержение на http://birserg-1977.livejournal.com/521612.html Р. В. Кондратенко : "Ну, слава богу, что хоть на третий день выясняется, что Андрей Витальевич жив. Леонид Алексеевич вчера созвонился с ним и говорил, разумеется, не упоминая о всеобщей, хотя и преждевременной скорби".

Из Приказов 1904-1905 гг

по войскам Сибирского военного округа и находящимся в полосе отчуждения сибирской и забайкальской ЖД.

В.В. Верещагин (1842–1904). Русский лагерь в Туркестане. Этюд.
В.В. Верещагин (1842–1904). Русский лагерь в Туркестане. Этюд.
При осмотре эшелонов замечены следующие недостатки:

Collapse )

Смогут ли китайцы скопировать Су-35?

Правильно ли делает Россия, продавая Поднебесной свой лучший боевой самолет

Как сообщил «Рособоронэкспорт», на днях состоялось заседание научно-технического совета компании, где решали, что делать с недобросовестной конкуренцией в сфере военно-технического сотрудничества. Наверняка говорили не только о текущих проблемах, но и о планах на будущие: какие потенциальные угрозы могут сопутствовать международным оборонным контрактам.

1
Известно, что Россия имеет в мире общепризнанный статус продавца высококачественных боевых самолетов. ВВС самых разных стран состоят исключительно из советских и российских МиГов и Су. Бенджамин Дэвид Бейкер, офицер запаса норвежской армии и признанный эксперт норвежского Центра оборонных исследований, объясняет популярность наших истребителей и бомбардировщиков лучшим соотношением цены и качества. Иными словами, многие государства, прежде всего Восточной Европы, ориентированные на американский ВВП, за те же деньги, потраченные на свои ВВС, имеют более слабые армии, нежели те, кто покупал российскую военную технику.

Collapse )